Теперь учитель перестал быть просто наставником и стал судьей, который может применять любые дисциплинарные меры по своему усмотрению. Границы между воспитанием и давлением исчезли, что создало атмосферу страха в школах.
Эти изменения мгновенно изменили обстановку в классах. Коридоры, которые раньше были полны детского смеха и шума, теперь наполнены гнетущей тишиной и напряжением. Ученики, чувствуя себя беззащитными перед системой, вынуждены строго соблюдать правила, зная, что любое нарушение или даже незначительная ошибка могут привести к строгому, а иногда и унизительному наказанию. Доверие между учителем и учеником исчезло, уступив место инстинкту самосохранения и страху.
Мнения в обществе разделились, но результат очевиден: воспитание стало инструментом подавления воли. Расширение полномочий учителей привело к тому, что школы превратились в места, где главная цель — не обучение, а слепое подчинение.
